11 Апреля 2018

Прошлое и настоящее :: Надгробия и архитектура

Самые старые сохранившиеся надгробия орловских кладбищ созданы в первой половине XIX столетия и относятся к архитектурным стилям барокко и классицизм. В основном это резные саркофаги, усеченные колонны и символические изображения урн с прахом, из мрамора и гранита. В середине столетия им на смену пришли новые, более разнообразные виды мемориальных сооружений.

Вторая половина XIX века положила начало массовому производству надгробий. Их делали на крупных фабриках и продавали уже готовыми. Поэтому значительная часть старинных надгробий на орловских кладбищах сделана не в Орле. Чаще всего надгробия в Орел везли из Москвы. По крайней мере те, на которых производитель указан, именно оттуда. Встречаются памятники с надписью: «Москва, Мясницкая улица» и «Москва, Донское кладбище» и др. В литературе также есть упоминания, что на орловских кладбищах некогда были памятники, привезенные из Киева и Риги.

Массовое производство породило самый распространенный тип надгробия на старых кладбищах Орла - разнообразные фигурные стелы. Однако несмотря на обилие стел, их формы и размеры удивительно разнообразны. Надо сильно постараться, чтобы найти на старых орловских кладбищах два совершенно одинаковых памятника. И именно в стелах нашли наиболее яркое отражение все течения господствовавшего во второйполовине XIX века архитектурного стиля эклектика. Поэтому одни стелы с куполами и кокошниками сильно напоминают храмы в русском стиле, другие – барочные и ренессансные дворцы, третьи – стремящиеся ввысь готические соборы. У каждой такой стелы прежде наверху были крест, шпиль или статуя. Но в целом виде они мало где сохранились.

Гранитная или мраморная стела – это не единственный тип надгробия, получивший распространение в эпоху эклектики. На старых кладбищах Орла можно найти и ряд памятников совершенно других стилей. Среди них и высокие гранитные кресты на небольших основаниях. Как и верхушки стел, почти все они были сломаны в советское время и известны нам только по фрагментам. Встречаются надгробия в виде необработанных валунов и крупных камней с гранями. В середине XIX века в Орле появились надгробия в виде аналоя – богослужебного столика с крестом и книгой наверху. Такие обычно устанавливали на могилах дворян и священнослужителей. Несколько таких мраморных аналоев можно увидеть на Троицком кладбище.

Во второй половине столетия на орловских некрополях появился и самый экзотический из видов русских надгробий XIX века - в виде дерева с обрубленными ветвями. Корнями своими данный вид мемориальной скульптуры уходит в более раннюю эпоху классицизма с его увлечением древностью и эзотерикой. Существует несколько версий, объясняющих значение такого надгробия. Самая распространенная связана с масонством. Дерево с обрубленными ветвями считается масонским символом смерти. Но были ли люди, похороненные под такими памятниками, действительно членами масонских лож? Узнать уже невозможно. Другое, более прозаическое объяснение связывает памятник-дерево с угасанием рода. Следуя этой версии, подобное надгробие ставили на могилах людей, у которых не было наследников - следовательно, с их уходом в мир иной род обрывался. Но вряд ли эту версию можно считать истинной, потому что на некоторых кладбищах рядом с могилами, где установлены такие надгробия, находятся и могилы потомков. В общем, тут есть над чем поломать голову любителям исторических тайн.

Заметное разнообразие в облик орловских кладбищ второй половины XIX столетия внесли памятники из металла. В отличие от каменных они в большинстве своем были местного производства. В начале ХХ века их созданием занимались чугунолитейные заводы Мещериных и Хрущева. Заводы Мещериных располагались в двух районах Орла. Основоположник династии купцов-литейщиков Лазарь Мещерин в 1850 году основал свое первое производство неподалеку от Крестительского кладбища, на Васильевской улице. Позже уже его сыновья, Иван и Константин Мещерины, открыли производство этого же профиля на улице Песковской и еще одно - в Третьей части города (Советский район),точное местоположение которого пока неизвестно. Неудивительно, что большинство сохранившихся чугунных надгробий Орла было произведено на их заводах.

Завод инженера Хрущева был на месте современного завода «Текмаш». Точнее говоря, современный завод «Текмаш» – это сильно разросшийся завод Хрущева. Расширяясь после Великой Отечественной войны, завод поглотил и территорию некогда основного заказчика мемориальной продукции этого старинного литейного производства – Сергиевского кладбища. На прочих старых кладбищах города продукция завода Хрущева была представлена меньше. Поэтому до наших дней от этого некогда масштабного производства дошло лишь несколько красивых ажурных крестов с клеймом «завод Хрущева» на Троицком кладбище. Среди них и надгробие Гавриила Пясецкого, одного из первых орловских краеведов.

Сохранившиеся чугунные надгробия с клеймом «завод Мещерина» в силу своей многочисленности более разнообразны. От простых литых крестов с маленьким прямоугольным основанием на фигурных ножках до высоких постаментов со скульптурами ангелов, Спасителя и Богородицы. Правда, сложные монументы с миниатюрной скульптурой и рельефами дошли до нас в сильно поврежденном виде. Исключение составляет только стоящее неподалеку от входа в церковь на Крестительском кладбище прекрасно сохранившееся литое надгробие в виде часовни, где цел весь декор, за исключением таблички с именем покойного.

Пришедший на смену эклектике в начале ХХ века архитектурный стиль модерн либо не успел отразиться на облике орловских надгробий вовсе, либо образцы его на городских кладбищах попросту не сохранились. Влияние его можно заметить только в ряде кладбищенских оград с витиеватыми коваными растительными элементами и прихотливыми завитками на углах. Но это уже совсем другая история.
Поделитесь этой новостью в соцсетях:
. . .
.
x
.
. . .